Иранское нагорье богато месторождениями металлов, они достаточно широко распределены по стране, что в древности создавало условия для сложения самостоятельных очагов производства металла (рис. 3). Внимание исследователей концентрировалось в основном на месторождениях Талмесси и Мескани (район Анарака), которые поставляли самородную медь и так называемую мышьяковую медь с примесью никеля [Pernicka, 1990, 88]. Известные археологические памятники часто образуют более плотные скопления в металлоносных зонах, поэтому вероятно, что месторождения Талмесси-Мескани были не единственным крупным центром добычи меди.

Период становления металлургии меди был, скорее всего, более сложным и неоднородным, чем это кажется на первый взгляд. Большую роль здесь играли местные особенности рудных ресурсов. Так, месторождения Анарак-Талмесси открывали возможность не только плавки самородной меди, но и ее природных соединений с мышьяком, а также выплавки меди из окисленных руд. Этим опытам выработки навыков плавки и выплавки меди способствовала развитая в данном регионе пиротехнология: уже в неолите население владело технологией изготовления известковой обмазки и обжига керамики в горнах. Оба производства предполагают высокий уровень знаний, позволяющих контролировать термические процессы.

Древние разработки медных руд описаны в районе Вешнове (Анарак) [Moorey, 1982, 82]. Это длинные узкие штольни, их конфигурация определялась формой рудных жил. Чтобы отколоть куски породы, разводили костры, вбивали в трещины деревянные или костяные клинья, отколотые куски породы дробили кувалдами. Руда представлена малахитом, реже азуритом, с вкраплениями самородной меди. Находки керамики типа Сиалк IV (Урук – РД 2) датируют разработки периодом РБВ. Новые исследования разработок Вешнове, проведенные Германским музеем горного дела в Бохуме, подтверждают масштабность работ и важность этого месторождения для ранней добычи медных руд в Иране конца IV – начала III тыс. до н.э. [Stölner, 2002, 67-69]. Древнейшие находки металлических предметов в Сиалке происходят из слоя I 3, синхронного Джейтуну. Территориально самое близкое месторождение медных руд находится в Вешнове (45 км к С). Однако, как показывают аналитические исследования, использовались источники медной руды в районе Анарака, в 300 км к ЮВ от Сиалка. Предполагается, что отсюда же руду доставляли и в Сузы [Berthoud, Françaix, 1980].

Следы плавки металлов заинтересовали археологов сравнительно недавно. Так, Р. Гиршман не упоминает о находках шлака на территории Тепе Сиалка, в то время как Тайлекот отмечает медные шлаки на поверхности южного холма и в слое Сиалк II, где обнаружены куски халькопирита [Tylecote, 1970, 290]. Следы металлургического производства вскрыты новыми раскопками на территории поселений Сиалк II и Тепе Гиссар II, Шахр-и Сохта и других памятников, где имеются находки медной руды, медных шлаков и фрагментов металлургической печи, свидетельствующие о местном производстве металла [Pigott, Howard, Epstein, 1982]. К этому же времени относятся литейные мастерские на поселениях Шахдад [Pigott, 1999, 116-117] и Тепе Габристан [Amiet, 1986, 41, 42].

Существуют сведения по Талль-и-Иблису о находках многочисленных обломков тиглей с остатками меди в слое II (V тыс. до н.э.), причем количество шлака невелико, а остатки плавильных горнов отсутствуют [Caldwell, 1967]. Подобное сочетание находок скорее означает плавление меди, чем ее выплавку из руды. Однако зафиксированы и находки руды – халькоцита (медного блеска). Можно предполагать, что население некоторых поселков специализировалось на производстве меди, но возможно, что жители крупных поселений имели больше доступа к местным ресурсам и, соответственно, специализировались в нескольких ремеслах в рамках местных рынков обмена [Moorey, 1982, 83]. Неслучайно поселения, на которых зафиксированы следы ранней металлургии, концентрируются на Иранском плато, близко к источникам металла.

Медные изделия появляются на территории Ирана и Северной Месопотамии чрезвычайно рано. Древнейшие находки изделий из металла (самородной меди) – это